подробности

No Image



Теоретические основания программы

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Прежде чем перейти к описанию практического наполнения программы, необходимо ответить на следующие воп­росы. Что же включает в себя понятие «пси­хологическое здоровье»? Как определить его структуру? Каковы условия развития психологического здоровья ребенка? Какой должна быть общая тенденция его форми­рования? Попробуем кратко ответить на каждый из них.

Что понимать под психологическим здоровьем?

Мы полагаем, что психологическое здоровье является необходимым услови­ем функционирования и развития чело­века в процессе жизнедеятельности; пред­ставляет собой динамическую совокуп­ность психических свойств человека, обеспечивающих гармонию между по­требностями индивида и общества, яв­ляющихся предпосылкой ориентации индивида на выполнение своей жизненной задачи. Кроме того, следует заметить, что психологическое здоровье предполагает и внутриличностную гармонию, в част­ности между эмоциональной и интеллек­туальной сферами человека. Центральная характеристика психологически здорово­го человека — это саморегулируемость, возможность адекватного приспособле­ния к неблагоприятным условиям, воз­действиям. При этом предполагается не только возможность противостояния стрес­совым ситуациям, но и способность исполь­зования стресса для самоизменения, для рос­та и развития. Для этого человек должен обладать развитой активностью — интегративной личностной характеристикой, определяющей, с одной стороны, каче­ство и способы осуществления его дея­тельности, а с другой стороны, жизнен­ный путь. Соответственно психологичес­кое здоровье предполагает постоянное движение, развитие человека. Но движение по индивидуальной траектории, обеспечивающей наличие некоторого ре­сурса сил.

Нарушения же психологического здоровья делают невозможным полноцен­ное личностное развитие человека, могут негативно влиять на его судьбу или жиз­ненный путь. Основная функция психо­логического здоровья — это поддержание активного динамического баланса между организмом и средой во всех ситуациях, но в особенности в трудных, требующих мобилизации ресурсов личности. Если согласиться с тем, что психо­логическое здоровье неразрывно связано со способностью человека к развитию, встает вопрос: как можно содержательно определить особенности психологическо­го здоровья детей? Мы считаем, что пси­хологическое здоровье ребенка и психо­логическое здоровье взрослого будут от­личаться совокупностью личностных но­вообразований, которые не получили сво­его развития у ребенка, но должны при­сутствовать у взрослого. К примеру, пси­хологическое здоровье взрослого человека предполагает осознанную потребность в духовном развитии, ребенка — наличие предпосылок этой потребности.

Далее необходимо определить такие критерии психологического здоровья, ко­торые могли бы стать основой дифферен­цирования психологической помощи де­тям и подросткам. Мы считаем, что по­скольку психологическое здоровье пред­полагает наличие динамического равно­весия между индивидом и средой, то в качестве ключевого понятия можно выб­рать адаптацию ребенка к социуму. Тогда к высшему уровню психологического здо­ровья — назовем его креативным — мож­но отнести детей с устойчивой адаптаци­ей к среде, наличием резерва сил для пре­одоления стрессовых ситуаций и активным творческим отношением к действительно­сти. Такие дети не требуют психологичес­кой помощи.

К среднему уровню — назовем его адаптивным — отнесем детей, в целом адаптированных к социуму, т. е. по резуль­татам диагностических методик проявля­ющих лишь отдельные признаки дезадап­тации, несколько повышенную тревож­ность. Такие дети могут быть отнесены к группе риска, поскольку не имеют запаса прочности психологического здоровья и требуют групповых занятий профилактически-развивающей направленности.

Низший уровень назовем ассимилятивно-аккомодативным — он объединяет детей с нарушением баланса процессов ас­симиляции и аккомодации, использующих для разрешения внутреннего конфликта либо ассимилятивные, либо аккомодативные средства. Как отмечают А.А. Бодалев и В.В. Столин, ассимилятивный стиль по­ведения характеризуется прежде всего стремлением ребенка приспособиться к внешним обстоятельствам в ущерб своим желаниям и возможностям. Его неконст­руктивность проявляется в его ригиднос­ти, в результате чего ребенок пытается пол­ностью соответствовать желаниям взрос­лых. А наиболее типичная проблема таких детей — страх не соответствовать этим желаниям и другие социальные страхи. Ре­бенок с преобладанием аккомодативных средств, наоборот, использует активно-на­ступательную позицию, стремится подчи­нить окружение своим потребностям. Не­конструктивность такой позиции заклю­чается в негибкости поведенческих стерео­типов, преобладании экстернального локуса контроля, недостаточной критично­сти. Дети, отнесенные к данному уровню психологического здоровья, требуют ин­дивидуальной коррекционной работы.

Определим структуру психологическо­го здоровья. Мы полагаем, что психологи­ческое здоровье можно описать как сис­тему, включающую аксиологический, ин­струментальный и потребностно-мотива-ционный компоненты. При этом аксиоло­гический компонент содержательно пред­ставлен ценностями собственного «я» че­ловека и ценностями «я» других людей. Ему соответствует положительное отношение человека к себе и другим людям. Инстру­ментальный компонент предполагает вла­дение человеком рефлексией как сред­ством самопознания, способностью концентрировать свое сознание на себе, сво­ем внутреннем мире и своем месте во взаимоотношениях с другими. Потребностно-мотивационный компонент определяет наличие у человека потребности в само­развитии. При этом самоотношение, реф­лексия и саморазвитие взаимообуславли­вают друг друга, находятся в постоянном взаимодействии.

Обсудим теперь условия формирова­ния психологически здорового ребенка и факторы риска его нарушения. Остановим­ся на этом несколько подробнее ввиду особой важности этой проблемы. Тради­ционно главным условием считается эмо­циональный комфорт, а факторами рис­ка — различного рода стрессогенные фак­торы: семейные, связанные с посещени­ем детских учреждений и пр. Однако сто­ит подумать над тем, какую личность мы получим в случае полного отсутствия вне­шних стрессогенных факторов, т. е. если полностью исключим все факторы риска. Как говорит С. Фрайберг, в последнее вре­мя принято рассматривать психическое здоровье как продует специальной «дие­ты», включающей соответствующие пор­ции любви и безопасности, конструктив­ных игрушек, здоровых сверстников, пре­красного полового воспитания, контроля и выхода эмоций; все это вместе образует сбалансированное и здоровое меню. На­поминает вареные овощи, которые хоть и питательны, но не вызывают аппетита.

Продукт такой «диеты» станет «хо­рошо отлаженным», скучным человеком.

Нам также, безусловно, интересны вопросы, которые задаются И. В. Дубро­виной: почему не все дети в неблагопри­ятных условиях «ломаются», а наоборот, иногда добиваются жизненных успехов, более того, их успехи социально значи­мы? Ответы на оба вопроса, на наш взгляд, сегодня более важны, чем опре­деление внешних факторов риска наруше­ний психологического здоровья, посколь­ку в школьной практике мы нередко стал­киваемся с детьми, выросшими в комфор­тной внешней среде, но при этом требу­ющими той или иной психологической по­мощи. Кроме того, мы не всегда в силах изменить неблагоприятную внешнюю сре­ду, сделать ее достаточно комфортной.

Итак, сначала попробуем ответить на вопрос, необходима ли для развития че­ловека некоторая доля фрустрации.

Оказывается, еще М. Кляйн при опи­сании развития младенца ссылается на мнение К. Абрахама о необходимости ба­ланса между фрустрацией и следованием желаниям ребенка. Она утверждает, что оп­ределенная доля фрустрации, за которой следует удовлетворение, может дать мла­денцу чувство, что он может справиться с тревогой. А отсутствие конфликта у мла­денца мешает его возможности обогаще­ния своей личности, усиления эго, спо­собности к творческой деятельности.

И. В. Дубровина приводит мнение А. Далла Вольта о положительной роли препятствий в развитии. Препятствия, по А. Далла Вольту, вызывают активность субъекта, порождают потребность искать и находить способы овладения препятстви­ями, вырабатывать стратегии преодоления.

Мы полагаем, что оценить действи­тельную роль препятствий можно, взгля­нув на развитие ребенка через призму развития человека в течение всей его жизни. Для этого остановимся на утвер­ждении П. Ниемеля о необходимости кри­зисных периодов для развития взрослого человека. В течение этих периодов человек совершает важную духовную работу: вы­являет противоречия между тем, кто он есть на самом деле, и кем хотел бы быть, что имеет и что хотел бы иметь. Лишь тог­да начинает строить новую жизнь на ре­альной основе. Однако большинство лю­дей не видит конструктивной роли кризи­сов, часто, наоборот, считает их останов­ками в развитии. Возможно, это является следствием того, как полагает Э. Йоманс, что наша культура построена на отрица­нии смерти. А разрушение, являясь неиз­бежным этапом кризиса, когда происхо­дит ломка, отмирание некоторых есте­ственных способов видения мира, позна­ния самих себя и отношения к окружаю­щему, порой весьма схоже со смертью. Э. Йоманс говорит: «Нам следует понять, что маленькие смерти необходимы, явля­ются неотъемлемой частью жизни и неот­делимы он нее». Нам кажется, что прило­жение взглядов П. Ниемеля и Э. Йоманса к детскому развитию должно привлечь вни­мание взрослых именно к трудным его периодам, однако не с целью полного из­бавления ребенка от последних, а с це­лью помощи в их конструктивном преодо­лении, поиска и нахождения их смысла и обучающего воздействия.

Таким образом, можно сделать вы­вод, что трудные ситуации, с одной сто­роны, позволяют ребенку накопить опыт борьбы, стимулируют его активность, с другой — способствуют его личностному развитию, а в некоторых случаях позво­ляют добиться сверхкомпенсации (А. Адлер). Однако это может произойти только тогда, когда степень трудности ситуации соответствует возрастным и индивидуаль­ным возможностям переживания стресса без ущерба для психологического и фи­зического здоровья.

Что же лежит в основе стрессоустой-чивости ребенка? Прежде чем отвечать на этот вопрос, приведем мнение К. Флэк-Хобсон и Г. Крайг, которые описали яв­ление неуязвимости, илижизнестойкос­ти, детей. Неуязвимые, или жизнестой­кие, дети — это те, которые росли в не­благоприятной внешней среде (нищета, алкоголизм или психические заболевания родителей и др.), но сумели не только противостоять ей, но и вырасти уверен­ными в себе, эмоционально устойчивы­ми, успешными в жизни. Э. Вернер изу­чала группу жизнестойких детей в тече­ние 30 лет и установила, что эти дети обладали, прежде всего, легким темперамен­том, а также умением устанавливать проч­ную привязанность. Поэтому остановим­ся сначала на темпераментных предпо­сылках стрессоустойчивости. Начнем с классических экспериментов А. Томаса, который выделил свойства темперамен­та, названного им трудным: неритмич­ность, низкая адаптивная способность, тенденция к избеганию, преобладание плохого настроения, боязнь новых ситу­аций, чрезмерное упрямство, высокая от-влекаемость, повышенная или понижен­ная активность. Трудность данного тем­перамента состоит в повышении риска расстройств поведения. Однако важно отметить, что расстройства поведения вызывают не сами свойства, а особое вза­имодействие их со средой ребенка. Таким образом, трудность темперамента заключается в том, что это взрослым тяжело воспринимать его свойства, тяжело при­менять адекватные им воспитательные воздействия.

Довольно интересно индивидуаль­ные свойства темперамента в плане риска нарушения психологического здоровья описал Я. Стреляу. Ввиду особой важнос­ти его позиции рассмотрим ее подробнее. Я. Стреляу полагал, что темперамент — это совокупность относительно устойчивых характеристик поведения, проявляющихся в энергетическом уровне поведения и во временных параметрах реакций.

Поскольку, как уже отмечалось выше, темперамент модифицирует воспи­тательные воздействия окружающей сре­ды, Я. Стреляу и сотрудниками проводи­лись исследования связи свойств темпе­рамента с некоторыми качествами лично­сти. Оказалось, что такая связь наиболее проявлена в отношении одной из харак­теристик энергетического уровня поведе­ния — реактивности. При этом под реак­тивностью понимается соотношение силы реагирования к вызвавшему стимулу. Со­ответственно высокореактивные дети — это те, кто сильно реагирует даже на не­большие стимулы, слабореактивные — со слабой интенсивностью реакций.

Интересно, что по результатам ис­следований высокореактивным детям чаще всего присуща повышенная тревожность. У них же снижен порог возникновения страха, плохая работоспособность. Харак­терен пассивный уровень саморегуляции, т. е. недостаточная настойчивость, низкая эффективность действий, слабое приспо­собление своих целей к реальному поло­жению вещей. Обнаружена и другая зависимость: неадекватность уровня притяза­ний (нереалистически заниженный или за­вышенный). Данные исследования позво­ляют сделать вывод, что свойства темпе­рамента не являются источниками нару­шения психологического здоровья, но представляют собой существенный фактор риска, который невозможно игнорировать.

Однако вспомним еще раз о жизне­стойких детях, которые, по мнению их ис­следователей, кроме легкого темперамен­та, обладали еще способностью устанав­ливать прочные близкие отношения с дру­гими людьми. Нам не очень понятен ис­точник этой способности, поскольку, судя по литературным данным, эти дети росли в ситуации материнской депривации. По-видимому, дело за дальнейшими иссле­дованиями в данной области.

Пока же обратимся к рассмотрению личностных факторов в становлении психологического здоровья. Как отмеча­ет В. В. Бодров, один и тот же стрессогенный стимул может вызывать или не вызывать развитие стрессовой реакции в зависимости от ориентации человека по отношению к этому стимулу. Из это­го следует, что не само по себе воздей­ствие как таковое является причиной стрессовой ситуации, а отношение че­ловека к этому воздействию, его оцен­ка, причем оценка негативная, основан­ная на непринятии стимула с биологи­ческой, психологической, социальной и прочих точек зрения данного индивида. Получается, что объективно вредоносный стимул, если он не признается за та­ковой данной личностью, не является стрессором. А физиологические проявле­ния стрессора у данного индивида не мо­гут быть непосредственно соотнесены с ха­рактером стресс-воздействия. И, наоборот, в качестве угрожающей может восприни­маться не только реальная стрессовая об­становка, но и ее символы, а также от­сутствие готовых программ деятельности в данной ситуации.

Если же действительно стрессоустойчивость коррелирует с личностными фак­торами, то необходимо определить, с ка­кими в первую очередь. По этому поводу сегодня нет четко определенных позиций. Мы готовы согласиться с В. А. Бодровым, который вслед за С. Кобаза (S. Kobasa) полагает, что жизнерадостные люди пси­хологически наиболее устойчивы. Поми­мо этого они выделяют еще три основные характеристики устойчивости: контроль, самооценка и критичность. При этом кон­троль определяется как локус контроля. По их мнению, экстерналы, видящие боль­шинство событий как результат случайно­сти, не связывающие их с личным участием, более подвержены стрессам. Интер­налы же обладают большим внутренним контролем, более успешно справляются со стрессами. Самооценка здесь — это чув­ство собственного предназначения и соб­ственных возможностей. Трудности с ку­пированием стресса у людей с низкой са­мооценкой исходят из двух видов негатив­ного самовосприятия. Во-первых, люди с низкой самооценкой имеют более высо­кий уровень страха или тревожности. Во-вторых, они воспринимают себя как име­ющих недостаточные способности, чтобы противостоять угрозе. Соответственно ме­нее энергичны в принятии превентивных мер, стремятся избежать трудностей, т.к. убеждены, что не справятся с ними. Если же люди оценивают себя достаточно вы­соко, то маловероятно, что они будут ре­агировать или интерпретировать многие события как эмоционально тяжелые или стрессовые. Кроме того, если стресс воз­никает, то они проявляют большую ини­циативность и поэтому более успешно с ним справляются.

Следующее необходимое качество — это критичность. Она отражает степень важ­ности для человека безопасности, стабиль­ности и предсказуемости событий жизни. Оптимальным является присутствие у че­ловека равновесия между стремлением к риску и стремлением к безопасности, тен­денцией к изменениям и сохранению ста­бильности, допущение неопределенности и контроль событий. Только такое равно­весие позволит человеку развиваться, из­меняться, с одной стороны, и предотвра­щать саморазрушение, с другой. Как мож­но заметить, описанные В. А. Бодровым личностные предпосылки стрессоустойчивости перекликаются с выделенными нами ранее структурными компонентами пси­хологического здоровья: самопринятием, рефлексией и саморазвитием, что еще раз доказывает их необходимость.

Подводя итоги, можно сделать вы­вод, что психологическое здоровье фор­мируется при взаимодействии внешних и внутренних факторов, причем не толь­ко внешние факторы могут преломлять­ся через внутренние, но и внутренние факторы могут модифицировать внешние воздействия. И еще раз подчеркнем, что для психологически здоровой личности необходим опыт борьбы, увенчивающей­ся успехом. Соответственно непремен­ным условием психологического здоро­вья детей является не абсолютный эмо­циональный комфорт, а наличие неко­торой депривации, побуждающей к дви­жению, развитию.

Следовательно, ведущей тенденцией формирования психологического здоровья у детей и подростков должно стать постепен­ное развитие у них стрессоизменчивости, т. е. возможности использовать стрессовые си­туации для положительных самоизменений.

Исходя из указанных выше теорети­ческих оснований, можно увидеть следу­ющую организационную структуру школь­ной психологической службы, нацеленной на сохранение психологического здоровья детей и подростков. Ее можно описать как систему, которая включает:

- диагностику тревожности и адаптированности детей к школе и семье, наблюдение за детьми и последую­щее определение уровня психологи­ческого здоровья;

- включение детей, отнесенных ко вто­рому уровню психологического здоровья — адаптивному, — в ежене­дельные групповые занятия профи­лактической направленности;

- включение детей, отнесенных к тре­тьему уровню психологического здо­ровья — ассимилятивно-адаптивному, — в индивидуальную коррекционную работу с привлечением их родителей к индивидуальному кон­сультированию.

В настоящем пособии представлена программа групповых занятий профилак­тической направленности для подростков.







Оставьте комментарий об этой статье, нам ВАЖНО знать Ваше мнение


No Image
No Image No Image No Image
No Image
No Image No Image
No Image No Image No Image
StudOtvet
Случайная статья

Для того чтобы освоить определенную профессию и затем успешно трудиться, человек должен обладать конкретными качествами, отвечающими тем требованиям, которые предъявляет...
(Головей Л.А., Рыбалко Е.Ф. Практикум по возрастной психологии. — СПб.: Речь, 2001).Методика разработана Г.Н. Казанцевой и предназначена для качественного анализа...
Одна молодая женщина рассказала о проблеме в их семье. Ребенок всегда (начиная с самого рождения) плохо спал. Но если он...
В начале беседы не стоит задавать прямых вопросов о душевном состоянии подростка; Ребенок лучше освоится в общении с психологом, отвечая...
Бывает, что такой ребенок учится плохо оттого, что ему слишком легко учиться.Конечно, мы больше привыкли задумываться о том, что делать...
Нам, взрослым, следует помнить, что если мы хотим научить ребенка чему-либо или передать ему какю-то важную мысль, нужно делать так,...
Типичная сцена в детском саду: мать приходит за ребенком. Он подбегает к ней с рисунком и торжественно показывает. Мать лениво...
Когда, как и с какой целью?Применение психологом психодиагностических средств в ходе консультирования связано с выполнением определенных условий. Во-первых, психодиагностические процедуры...




No Image
No Image No Image No Image
No Image  При перепечатке материалов, просьба ставить ссылочку на сайт http//:www.psihologu.info   
 
Хостинг для всех! Яндекс.Метрика Яндекс цитирования Rambler's Top100
No Image
No Image No Image No Image